По следам жизненных исканий Винсета ван Гога. Часть первая.

Дата: 15 мая 2008



Не так давно, когда я рассказывала в Эрмитаже очередному нашему партнёру о судьбе Ван Гога, он меня вдруг спросил: «Тебе на самом деле нравится его живопись? Мне просто интересно. Я живопись знаю плохо, но ты так увлекательно рассказываешь». И я задумалась. Когда я прочитала первую книгу о ван Гоге – «Жажду жизни» - в ней не было репродукций, только текст. А в Эрмитаже тогда было выставлено всего четыре картины. В книге Перрюшо было немного репродукций. В книге «Винсент Ван Гог. Письма» издательства «Азбука» репродукций не было совсем. Только более 800 страниц писем довольно мелким (!!!) печатным шрифтом. Большую книгу репродукций я получила в подарок много лет спустя. Безусловно, отдельные произведения были мне знакомы и до того момента, но полного представления о живописном наследии ван Гога я всё же не имела. Получается, что всё же сначала пришла личность. Пришла именно через письма. Письма длинные, иные по 3 страницы мелким печатным шрифтом! Это очень много. Письма отнюдь не бытовые. Глубокие рассуждения об искусстве: живописи, скульптуре, литературе, философии, религии, устройстве общества, глубокие взгляды внутрь себя, развитие личности с 20 лет и до последних недель жизни. В 20 лет он писал брату: «Да, картина Милле «Вечерняя молитва» - это настоящее, это богатство, это поэзия. Как бы мне хотелось снова поговорить с тобой об искусстве. Ищи только прекрасное, ищи в полную меру своих сил: большинство редко находит прекрасное». И дальше перечисляет десятка три имён художников, с чьим творчеством он хорошо знаком, чьи картины его поражают и вдохновляют - тогда он занимался торговлей произведениями живописи, как и его брат, работал в лондонском филиале одной фирмы, продающей картины. В 21 год Винсент цитировал в письмах Мишле, Ари Шеффера, Ренана и просил брата: «Купи на деньги, которые получил от меня, «Прогулки по моему саду» Альфонса Карра, купи обязательно: я хочу, чтобы ты это прочёл». И несколькими абзацами ниже цитировал Э. Ренана: «Чтобы жить и трудиться для человечества, надо умереть для себя. У народа, который стал носителем религиозной идеи, есть только одно отечество – эта идея. Человек приходит в мир не для того, чтобы прожить жизнь счастливо, даже не для того, чтобы прожить её честно. Он приходит в мир для того, чтобы создать нечто великое для всего общества, для того, чтобы достичь душевной высоты и подняться над пошлостью существования почти всех своих собратьев». Через год он чуть остывает, и, свергая кумиров, пишет: «Последовал ли ты моему совету? Выброшены ли книги Ренана, Мишле и др. Я думаю, ты так вернее всего обретёшь покой. Страницу из Мишле по поводу женского портрета Филиппа де Шампеня ты, разумеется, не забудешь, не забывай и Ренана; тем не менее, избавься от них». Винсент советует брату не стоять на месте – а идти дальше и расширять горизонты: «не переставай читать то, что хорошо написано, напротив – читай, это утешение в жизни». И через три дня: «Ищи же света и свободы и не погрязай слишком глубоко в болоте жизни». И через пару месяцев: «Ты, как и я, уже открыл Гейне и Уланда; но будь осторожен, мой мальчик, стихи – это довольно опасная штука: иллюзия не длится долго, не предавайся же ей. Позднее, книги Гейне и Уланда, несомненно, опять попадутся тебе под руку, и тогда ты перечтёшь их с другим чувством и со спокойной душой». Винсенту двадцать три. Он работает воспитателем в частной школе. Преподаёт французский язык, помогает воспитанникам с арифметикой, приобщает к литературе и продолжает писать брату. Он подробно описывает природу: тонко, проникновенно, всматриваясь: «Море было желтоватым, особенно у берега; над горизонтом висела полоса света, а над нею масса громадных, тёмных, серых туч, и видно было, как из них полосой низвергается дождь. Ветер сметал в море пыль с белой тропинки в скалах и клонил к земле цветущие кусты боярышника и желтофиолей, которые растут на утёсах. (…) Было ещё очень рано, но уже пел жаворонок и соловьи в прибрежных садах. Вдали свет маяка, огни сторожевого судна и т.д.». (…) Над крышами – звезда, одна-единственная, но прекрасная, большая, приветливая…» Он мучительно ищет своё место в жизни. «В эти дни у меня есть такое чувство, словно на свете есть только два ремесла – ремесло школьного учителя и ремесло священника и всё, что с этим связано: миссионерство, проповедническая деятельность в Лондоне…». Он идеализирует роль священника – ему кажется, что именно священники с религией ближе всего к людям, а он хочет быть именно полезным и нужным человеку. Он читает Библию, толкует о ней со знакомыми священниками и мечтает о своём церковном приходе. Он начинает учиться – История Ветхого завета, латынь, греческий, философия, история: «Изучать историю очень полезно, для меня она – источник больших радостей (…). Сейчас я достал у дяди Кора «Историю Англии для детей» Диккенса. Не знаю, писал ли я тебе об этом. Книга эта – чистое золото; между прочим, я прочёл в ней описание битвы при Гастингсе. Думаю, что если внимательно прочитать несколько таких книг, как Мотли, Диккенс и «Крестовые походы» Грусона, то можно исподволь составить себе верное и простое представление об истории в целом". В двадцать пять он пишет, что ему важно не просто быть порядочным человеком, но быть человеком, живущим внутренней жизнью и одухотворённым. Винсент советуется с братом – как развивать в себе эти качества, кого избрать себе в авторитеты. Он готов к подлинным трудностям и разочарованиям, и считает, что они только сделают его сильней. Он полагает, что «человеку нужно лишь неизменно любить то, что достойно любви, а не расточать своё чувство на предметы незначительные, недостойные и ничтожные, и он будет становиться всё сильнее и проницательнее». Он считает, что очень важно обрести свой путь, своё ремесло ибо, «кто утверждается в чём-то одном и как следует овладевает профессией, тот получает представление и знания и о многих других вещах». Его тянет к людям: «очень полезно почаще бывать на людях и общаться с ними, а иногда мы просто обязаны это делать», он уверен, что «даже если у тебя нет забот, трудностей и препятствий, всё равно не следует быть самоуверенным, нельзя относиться ко всему слишком легко». Винсент романтик и идеалист: «Человек испытывает потребность в немалом – в бесконечности и чуде – и правильно поступает, когда не довольствуется меньшим и не чувствует себя в мире, как дома, пока эта потребность не удовлетворена». Он говорит о духовных поисках и достижениях. И продолжает: «Это и есть кредо, которое выразили в своих произведениях все хорошие люди; все, кто думал глубже, искал чего-то более высокого, работал и любил больше, чем остальные; все, кто проник в самые глубины моря житейского. Проникать в глубины должны и мы, если хотим что-то поймать; а если иногда нам случается проработать всю ночь и ничего не поймать, то и тогда лучше не отступаться и ещё раз закинуть сеть в утренние часы. Будем же спокойно идти вперёд, и пусть каждый на своём пути всегда стремится к свету: sursum corda, зная, что мы – такие же, как другие, что другие – такие же, как мы, и что человеку хорошо жить среди себе подобных, твёрдо веруя, нерушимо надеясь, всё претерпевая и всегда стремясь избежать гибели. И не надо принимать слишком близко к сердцу свои недостатки, ибо тот, у кого их нет, всё же страдает одним – отсутствием недостатков; тот же, кто полагает, что достиг совершенной мудрости, хорошо сделает, если поглупеет снова…» Винсент уверен в том, что жизнь – это огонь, который позволяет человеку, прежде всего, закалиться внутренне, выстроить себя… И его главная религия – жизнь. Жизнь достойная, жизнь, приносящая пользу другим людям, жизнь в упорном труде, жизнь в бесконечном восхождении… Из него не вышел священник. Не вышел именно потому, что его религией была жизнь. А проповедями должны были стать действия. Действия во имя любви к ближнему. Он стал проповедником в шахтёрском городке Боринаж. Но, спустившись однажды в шахту и проведя там полдня, он понял, что изнурённым тяжёлым трудом людям нужны не проповеди. Им нужна жизнь. Жизнь лучшая. Жизнь достойная. Он бросает читать проповеди и начинает бороться за права рабочих с дирекцией шахт. Его отстраняют от должности. Но он остаётся в Боринаже. Именно оттуда он пишет брату Тео: "Дружба, братство, любовь - вот верховная сила, вот могущественные чары, отворяющие дверь темницы. Тот, кто этого лишён, мёртв…"


Комментариев: 0 | Просмотров: 1678 | распечатать
{rateit}

Copyright © 2007 Nikityonok.spb.ru Все права защищены. Копирование и перепечатка материалов данного сайта без согласия автора запрещены.