Киевские встречи. Валерий Винарский

Дата: 12 января 2008



Это было на второй день моего пребывания в Киеве. Мы с приятелем беззаботно и бесцельно гуляли по городу: неделю отпуска мне хотелось провести совершенно по-шалопайски, раз уж выпало счастье всё-таки сбежать из Питера от работы и привычного и предсказуемого течения дней. В джинсах, кроссовках, с рюкзачком за плечами и фотоаппаратом в кармане брела я по Андреевскому спуску. Приятеля потеряла где-то у столика с военной атрибутикой, и в ожидании пока он меня нагонит, разглядывала и фотографировала причудливые фасады. Проходя мимо очередного столика с продающимся чем-то, услышала: - Девушка, назовите слово! Я скользнула взглядом по невысокому худенькому человечку, по столику, заваленному книжечками и дисками, немного смутилась и… прошла дальше почему-то. - Но Вы же не робот. Вам же не жалко слова? Слово «робот» подействовало на меня бодряще. Я его терпеть не могу, особенно, когда так характеризуют человека. Надо же, как он точно выстрелил. Стремительно развернулась и выпалила слово – своё любимое «солнце», то ли оттого, что это на самом деле одно из моих самых любимых слов, то ли оттого, что день выдался очень солнечным. И в ответ услышала стихотворение, правда, на украинском языке. Ничего не поняла, конечно, только уловила мелодику. Улыбнулась, поблагодарила и уже хотела продолжить свой спуск, как чудак-поэт снова обратился ко мне: - Куда же Вы так спешите? Я совершенно никуда не спешила, но слушать стихи на непонятном мне языке и делать вид, что я всё понимаю, не захотелось. О чём я честно и заявила: - Простите, но украинского языка я пока не понимаю. Я русская. В Киеве только гость. - Аааа, так это не проблема. Я Вам сейчас по-русски стихи почитаю. Молодые люди! (мимо проходила пара влюблённых), назовите слово! Молодые люди засмущались, хотели пройти мимо. - Вы, наверно, местные. Вот, посмотрите, - тут он махнул рукой в мою сторону – вот русский человек, он же более открытый, более толерантный! Ничего не боится. Девушка, сейчас, подождите минуточку. К этому моменту я уже вполне освоилась в этом уголке Андреевского спуска и начала перебирать лежавшие на столике сборники стихов. А мой новый знакомец в это время вдохновенно общался с молодой парой. Раскрашивал их день в поэтические краски. Наконец подошёл мой отставший приятель. Пара, заметив вновь прибывшую «жертву», тихонько улизнула, а киевский поэт обратился к моему другу: - Назовите слово! Мой приятель, человек серьёзный во всех отношениях пробурчал ему в ответ: - Я в такие игрушки не играю. Спасибо. – И обратился ко мне: - Пойдём? - Игрушки… игрушки… - забормотал поэт. – И через несколько секунд выдал стихотворение с этим словом. А я расхохоталась. Нет, он всё-таки виртуоз. Безо всякого намерения обидеть моего приятеля, он совершенно невинно утёр ему нос. При этом другой рукой уже надевал на меня наушники, чтобы я могла оценить ещё и его музыку. Минуты на 3-4 я была лишена возможности слушать продолжившийся разговор – растворилась в звучании гитарных аккордов, да и, признаться, звуки музыки были куда более приятны, нежели сплошной скепсис моего недоверчивого приятеля. А потом мы тепло распрощались: я купила небольшой сборничек, потребовала на память автограф автора, поблагодарила за общение и уже двинулась спускаться вниз, как вдруг поняла, что хочу фотографию на память об этой встрече, хотя я к фотографиям весьма прохладно отношусь. Попросила приятеля нас сфотографировать, а в ответ услышала: - Ненормальная, он же просто сумасшедший! Что было ответить? - Тогда мы просто отличная пара. Будь добр, сфотографируй. Фотография получилась замечательно тёплая. А следующие полчаса прошли в споре с приятелем. - Он же обыкновенный городской сумасшедший. Просто считает себя гением. Рифмоплёт. И не поэт даже! Терпеть не могу подобных людей. Никакие это не экспромты. У него просто память хорошая – много стихов помнит. - Ну и пусть. Пусть не экспромты. Но это же маленький праздник, маленький спектакль, как ты не понимаешь?!? И он его создаёт для людей. Выдёргивает их из суеты и рутины. А ты много стихов его читал? - Нет. Но я его тут уже несколько раз видел. Обычный «развод» и клоунада. А я их с детства терпеть не могу. - Ты не читал стихов, тогда как ты можешь так говорить о человеке? Мне кажется, ты тут неправ. Совсем неправ. Разве можно судить о том, о чём ты ничего не знаешь? Сейчас пойдём пить кофе, и я тебе почитаю. - Хм. Ну, ладно, почитай, если хочешь, но я сильно сомневаюсь, что ты в этой книжке найдёшь что-то стоящее. Маленькая книжка размером с мою ладонь. Кусочек мира другого человека, которого, я, возможно, больше никогда и не увижу. Маленькая планета, имя которой Валерий Винарский. И на ней оказалось столько всего. Приятель мой, послушав стихи, взял назад свои слова об обыкновенном рифмоплётстве, и некоторое время сидел очень притихший и задумчивый. Я по приезду, рассказывая друзьям об этой встрече на Андреевском спуске за чашкой вечернего чая, доставала сборник и снова, и снова читала вслух эти стихи. И так же, как мой киевский приятель, они впадали на какое-то время в задумчивость, а потом протягивали руку к сборнику с вопросительным: «Можно?» и молчаливо листали её, позабыв про остывающий чай… Вселенная внутри Зачем тебе Вселенная снаружи? Уйди в себя, жилище осмотри – и без труда и линз ты обнаружишь Вселенную, которая внутри. Чтоб мир постичь, по космосу не шляясь, иной есть путь, что короток и прост – в тебе самом мгновенье умерщвляет и каждый миг рождает сотни звезд. Ищи себя Ищи себя, чтоб не быть одиноким. Друзей надежней не найдешь в пути. Найти себя – настолько это много, насколько и бессмертие найти. Мы приходим Мы приходим прикоснуться к звездам, окунуться в теплые теченья, ощутить на них прикосновенья всех, кто жил и прикасался к ним. Мы приходим причаститься хлебом, приложить на рану подорожник, на продрогшем в инее рассвете выпить ковш парного молока. Мы приходим отыскать того, кто жаждет к нам всем телом прислониться, чтоб в апоплексическом слияньи подарить кому-то счастье жить. Только, если все на свете вечно - звезды, хлеб, любовь и подорожник, может быть, до нас лишь мы и были, может мы и будем после нас. Уходишь ты Уходишь ты, сама того не зная, не зная, что не можешь быть иной Ты, как река, что мимо проплывает - и рядом ты и нет тебя со мной. Я не прошу тебя остановиться: люблю тебя не озером - рекой. Сквозь пальцы, мимо, грусть твоя струится, но ты нужна мне только лишь такой. НАВСЕГДА Как часто говорим мы – «Навсегда». Нам кажется, что время в нашей власти. Но кратки мимолётные года И быстротечно призрачное счастье. Как часто говорим мы – навсегда, Клянёмся, что любить собрались вечно. Но мимолётны краткие года И призрачное счастье быстротечно.


Комментариев: 0 | Просмотров: 1800 | распечатать
{rateit}

Copyright © 2007 Nikityonok.spb.ru Все права защищены. Копирование и перепечатка материалов данного сайта без согласия автора запрещены.