Касабланка

Дата: 8 февраля 2008


Обновлено: 9.02.2008 - 01:45



Мой насмешливый ироничный шеф в разгаре обсуждения каких-то рабочих вопросов, задаёт мне вопрос: - Ты смотрела «Касабланку»? Не понимая, какая связь между развитием нашего отдела и запуском сайта и мировым киноискусством, я растерянно отвечаю: - Нет. - Обязательно посмотри. Это самый изумительный фильм, который я когда-либо видел. Мой любимый фильм. Там был такой эпизод… Я растерянно смотрю на шефа. Иногда он меня удивляет. Удивляет по-хорошему. Когда я уже начинаю безнадёжно воспринимать его как вечно летящего куда-то стремительного дельца, вдруг слышу резкий визг тормозов, потом откат назад, острый взгляд в самую глубину меня и вопрос, вот сегодня такой: «Ты смотрела Касабланку?». Иногда у меня внутри возникает импульс на любой его подобный вопрос ответить: «Нет! Не смотрела, не читала, не слышала, не видела» и снова наблюдать это удивительное торможение, откат и его преображение. Некое таинство, когда он вдруг из просто общительного и энергичного, проходящего мимо человека, превращается в человека, который в испуге остановился, чтобы проверить на месте ли, лежит ли там, в нагрудном кармане, нечто сокровенное и дорогое его сердцу. Сегодня это «Касабланка». Сегодня я пересматриваю «Касабланку». И пусть этот разговор с шефом произошёл уже несколько лет тому назад, всё же есть какие-то моменты, которые необъяснимо не стираются из памяти. Поэтому каждый раз, когда я беру с полки коробку с этим фильмом, с улыбкой вспоминаю, благодаря кому фильм на полке этой появился. Я вообще люблю старые фильмы – они полны своего особого очарования. Иногда они в чём-то наивны, не богаты спецэффектами, и в них отсутствует, как бы сейчас сказали, стремительный «экшн», но как-то при этом… они безупречно благородны и романтичны, и после их просмотра почти всегда возникает ощущение сопричастности к какому-то таинству. Будь то немного суровая «Триумфальная арка» по Ремарку, или щемящая сердце «Анна Каренина» с Вивьен Ли, сказочный музыкальный «Большой вальс», или изящная «Моя прекрасная леди», забавный «Как украсть миллион», или «Завтрак у Тиффани», в лёгком дыме сигарет Одри Хепберн… После этих старых фильмов как-то глубже начинаешь чувствовать. Может, это от строгости чёрно-белых кадров, может от блестящей игры актёров, может от удивительной ювелирной работы режиссёров – точно не скажу. И «Касабланку» я люблю за хорошую выдержку – фильм ведь снят в 1942 году, за талантливую режиссуру венгерского режиссера эмигрантом Майклом Кертица, за неподвластность времени красоты и таланта (сейчас это уже редкое сочетание) Ингрид Бергман, за кажущуюся небрежность, за сочетание интеллекта и сарказма Хэмфри Богарта, за то, что жизненность очень чудно ужилась с идеализмом и романтикой, за то, что даже смотря фильм не в первый раз – снова и снова сопереживаешь любимым героям. Говорят, Ингрид Бергман не очень хотела играть в этом фильме. Говорят, что соавтор драматурга писала продюсеру, протестуя против участия в фильме Хэмфри Богарта: «Рик должен быть символом американца - высоким, широкоплечим. Рональд Рейган или Кларк Гейбл - вот кандидаты, а не этот пьяница Богарт». Но, наверно, теперь это уже не так уж важно. Важно только то, что есть этот фильм. По фильму не видно, что он снимался по сырому и недописанному сценарию, по нему не видно, что Богарт и Бергман общались только в рамках кадров на съёмочной площадке, не видно, что режиссёр до этой картины снимал «третьеразрядные» фильмы … Но зато видна живая история многих и многих людей, пострадавших от немецкой оккупации, и устремившихся в Касабланку с единственной надеждой – попасть из Касабланки в Лиссабон, а уже оттуда – перебраться в Америку. Касабланка – это одновременно остров надежды, шторм отчаяния, ветер опьяняющего веселья. Тут всё переплетено. Остров надежды – потому что сюда люди приезжают в надежде на скорую возможность уехать и начать новую жизнь, шторм отчаяния – потому что для некоторых эти надежды вдруг оборачиваются прахом, и ветер веселья потому, что в мучительном ожидании люди убивают время в судорожных попытках веселиться в двух клубах острова. В клубке судеб – ниточка судьбы Рика - американца бежавшего из Парижа накануне оккупации. Он счастливый владелец успешного клуба, в который стремятся попасть все, вплоть до курирующих остров немецких военных. В этом клубке ниточка судьбы героя сопротивления Виктора Лазло, бежавшего из чешского концлагеря и прибывшего на Касабланку с той же целью, что и многие другие – получить шанс на спасение. И, конечно же, меж этих двух мужских ниточек вплетается ниточка женской судьбы – жены Виктора Лазло, Ильзы, которая по иронии судьбы когда-то в Париже была возлюбленной Рика. Ирония не в том, что она изменяла мужу, нет. Ирония в том, что она считала мужа погибшим. В муже она любила героя. А Рика она просто любила – той любовью, когда мир вокруг начинает так мало значить без любимого человека. Муж не погиб. И узнав это, Ильза оставляет Рика – чувство долга влечёт её за героем. Рик продолжает свой путь с пулевым отверстием в сердце – предательство Ильзы для него непостижимо. Ведь уходя, она ничего ему не объясняет… И вот Касабланка. Маленькое пространство, где невозможно было не встретиться. Кто сказал, что чувства умирают или гаснут со временем? Нет, вовсе нет. Это не так. Когда прорастаешь в другом человеке – время уже не властно над сплетением человеческих душ. Героев может быть много. Любимый мужчина – он один. На любимую женщину можно долго хранить обиду, но, увидев неожиданно через много лет её глаза – почувствовать, что любовь сильнее этой обиды. Почувствовать, что любовь сильнее и… уступить любимую её герою в тот самый момент, когда она уже протягивает руку этому герою с тем, чтобы помочь ему сойти с пьедестала… Поднять её туда, к герою, на высокий пьедестал, и найти в себе силы улыбаться… Улыбаться её красоте, юности, самоотверженности, любви, улыбкам, слезам, её близости, улыбаться благословенной Касабланке, подарившей ещё одну встречу, улыбаться, зная, что видишь её теперь действительно в последний раз, улыбаться потому, что у тебя есть любимая женщина, и у вас есть нечто, неподвластное никому и ничему. И вот маленький самолёт взмывает над Касабланкой. И, кажется, вот сейчас - жизнь должна остановиться? Но нет. Её жизнь взмывает в небо. Его - неспешно бредёт по ночному аэродрому. Она вряд ли вернётся к нему на землю. Он никогда не взмоет за ней в небо. Но у него в руках останется тонкая ниточка – и как бы далеко не улетал воздушный змей её жизни – он будет оставаться спокоен и будет по-прежнему улыбаться её красоте, юности, улыбкам, слезам, благословенным Парижу и Касабланке и ей… И в те моменты, когда он будет ей улыбаться, в её душе будет раздаваться та самая песня: Moonlight and love songs Never out of date. Hearts full of passion Jealousy and hate. Woman needs man And man must have his mate That no one can deny. It's still the same old story A fight for love and glory A case of do or die. The world will always welcome lovers As time goes by. Oh yes, the world will always welcome lovers As time goes by. И у них всегда будет Париж.


Комментариев: 2 | Просмотров: 1875 | распечатать
{rateit}

КОММЕНТАРИИ

#1 - Кать (8.02.2008 - 23:52)
Какая же ты МОЛОДЕЦ!
Как же я тебя Люблю!
Жаль, что я не смотрела этот фильм!

#2 - niki (9.02.2008 - 01:44)
Спасибо :) Фильм могу дать посмотреть :) Он чудесный :)

Copyright © 2007 Nikityonok.spb.ru Все права защищены. Копирование и перепечатка материалов данного сайта без согласия автора запрещены.